Психоанализ о рефлексии

Афиша к теме Психологические понедельники 5.08.13 Рефлексия (от позднелат. reflexio — обращение назад) — междисциплинарное понятие с многовековой историей, обращение внимания субъекта на самого себя и на своё сознание, в частности, на продукты собственной активности, а также какое-либо их переосмысление. В частности, — в традиционном смысле, — на содержания и функции собственного сознания, в состав которых входят личностные структуры (ценности, интересы, мотивы), мышление, механизмы восприятия, принятия решений, эмоционального реагирования, поведенческие шаблоны и т. д.Согласно П.Тейяру де Шардену, рефлексия — то, что отличает человека от животных, благодаря ей человек может не просто знать нечто, но ещё и знать о своём знании.
Согласно Э.Кассиреру, рефлексия заключается в «способности выделять из всего нерасчленённого потока чувственных феноменов некоторые устойчивые элементы, чтобы, изолировав их, сосредоточить на них внимание».
Одним из первых в психологии рассмотрением рефлексии занялся А. Буземан (1925—1926 гг.), который трактовал её как «всякое перенесение переживания с внешнего мира на самого себя».
В психологических исследованиях рефлексия выступает двояко:
— как способ осознания исследователем оснований и результатов исследования;
— как базовое свойство субъекта, благодаря которому становится возможным осознание и регуляция своей жизнедеятельности.
Интересна тема Рефлекии в творческих процессах.
Способность художника или актера, писателя или музыканта к вынашиванию замысла и доведения его до совершенства почти не исследована.
Эта проблема лежит в области, требующей объединения идей искусствознания и современных подходов философии сознания и бессознательного.
Внимание к феномену Рефлексии в философской и психологической литературе огромно.
Особенно тонко нюансы феномена Рефлексии были проработаны  в психоанализе. Широкий спектр используемых сегодня определений понятия рефлексии позволяет ощутить множество оттенков этого механизма воображения и мышления.С одной стороны, рефлексия — это сознание, направленное на самоё себя, таков наиболее традиционный взгляд.Более мягкое определение, оставляющее люфт для бессознательного, истолковывает рефлексию как «данность сознания самому себе». И, наконец, наиболее гибкое определение трактует рефлексию как «процесс репрезентации психикой своего собственного содержания».
К этому установлению примыкает и ставшее наиболее популярным сегодня: рефлексия как «ментальная репрезентация».
Первые две дефиниции фактически отождествляют рефлексию с понятием самосознания, интерпретируемого как «само существо разума в действии».
В последних двух ощущается чрезвычайно важный акцент, позволяющий оправданно расширить её границы, ведь ценность феномена рефлексии состоит в том, что, как правило (особенно в художественном творчестве!), это рефлексия о нерефлективном.Когда, к примеру, Матисс признаётся, что результат первого сеанса у него обычно скуден и он всегда считает необходимым сделать перерыв, речь идет о своеобразной рациональной стратегии в отношении нерационального: об особой хитрости художника — суметь выстроить этапы своего творчества так, чтобы точно расставить ловушки для поимки нужных ему интенций, для таких живописных решений, которые рационально подготовить невозможно.
Присущее мастеру и лелеемое им в акте творчества умение ощущать целое раньше частей предполагает, что художник способен наблюдать шаги своего воображения и осуществлять селекцию, исходя из этого внутреннего чувства целого, точного ощущения ауры будущего произведения. «Каждое прикосновение угля к бумаге проясняет образ так же, как рука протирает запотевшее от дыхания зеркало. Обычно таков скудный результат первого сеанса. Но я считаю необходимым сделать на два-три дня перерыв между первым и последующим сеансом. Во время этого перерыва во мне происходит какое-то подсознательное умственное брожение, благодаря которому проясняется впечатление первого сеанса и я восстанавливаю в уме свой рисунок с гораздо большей определенностью, чем при непосредственном контакте с моделью».
Ключевые и, одновременно, контрастные слова в этом признании Матисса — «умственное брожение» и «большая определенность».
Действительно, любая рефлексия как своеобразный механизм ревизии собственного Я отсылает к иррефлексивному, то есть к иррациональному, бессознательному.
В умении мобилизовать сферу безотчетного — неизмеримая сила рефлексии.
Вспыхивают и меркнут языковые ходы, неожиданные сполохи образов, живописные метафоры. Запущен мыслительный процесс, однако такой, в котором нет лобовой интеллектуальной атаки.
Мобилизация посредством рефлексии механизмов бессознательного свидетельствует о преобразовании деятельности сознания, переосмысляющего свои претензии в акте рефлексии.
Результатом является творческое наитие, которое кажется как будто бы беспредпосылочным и не может мыслиться как «выводное знание».
Вместе с тем художник оценивает новую находку как «большую определенность», то есть использует, как видим, в своей диагностике приём интуитивной проверки успеха в данной творческой ситуации.
Следовательно, работа в художнике «внутреннего человека», апеллирующего ко всем областям психики, позволяет увидеть в механизмах рефлексии такую стимуляцию мышления, которое не ограничивается вниманием сознания к сознанию, а есть нацеленность к творческому говорению, к поискам и деланию во всём диапазоне языка своего искусства.
Художественная рефлексия в этом, как и во всех иных случаях, проявляется как пластическое, образно-предметное мышление, соотносящее каждый свой шаг с ощущением общей интонации художественного целого, с общей концептуальной идеей будущего произведения.
По самой своей сути этот механизм — элемент эвристического процесса, который не может сводиться только к расчету, к рациональным усилиям в селекции образов и композиционном построении картины, к своего рода «математическому уму» с вполне предсказуемыми результатами.
Отрывки из статьи «Феномен рефлексии в художественном творчестве». Автор:Кривцун Олег Александрович. Статья опубликована на авторском сайте Олега Кривцуна http://o-krivtsun.narod.ru/article-32.htm

Об авторе: родился 18 февраля 1954 года в г.  Москве. Окончил философский факультет Ленинградского государственного университета (1976) и аспирантуру Московского государственного университета им. М.В.Ломоносова по кафедре эстетики (1979). Кандидатская диссертация «Проблемы художественности в искусстве (из истории немецкой классической эстетики)» защищена в МГУ им.  М.В.Ломоносова в 1980 году. Докторская диссертация «Искусство в контексте истории культуры. Эстетический анализ» защищена в МГУ им.  М.В.Ломоносова в 1992 году.
Автор свыше 90 научных работ, в том числе 4-х монографий и учебника; ряд из них опубликованы в Чехии, Польше, США, Германии.
С 1983 работает в отделе эстетики и общей теории искусства Государственного института искусствознания Министерства культуры РФ. Одновременно занимался педагогической деятельностью в ГИТИСе (1984–1987), МГУ им.  М.В.Ломоносова (1989–1992); в настоящее время работает профессором Литературного института им. М.Горького и заведует отделом теории искусства и эстетики Института теории и истории изобразительных искусств Российской Академии художеств.
Победитель конкурса 1996 года «Новые книги для высшей школы», проведенного Институтом «Открытое общество» (Фонд Сороса), по результатам которого создал учебник для студентов гуманитарных вузов «Эстетика» (гриф Минобразования РФ — 1998 г., к настоящему времени выпущено 5 изданий).
За цикл работ по психологии творчества в исполнительских видах искусств принят в члены Союза театральных деятелей Российской Федерации (1992 г.). Член ряда докторских советов московских вузов и научных учреждений по специальностям «Эстетика», «История и теория культуры». Член Союза писателей РФ (с 1998 г.). Член Американского эстетического общества (с 1994 г.).
Область научных интересов — теория всеобщего художественно-исторического процесса; социокультурные и психологические факторы художественного творчества; статус художника в разных типах обществ; формы влияния искусства на сложение менталитета европейских культур и др.
В исследовательских подходах доминирует междисциплинарный анализ искусства на стыке философии, искусствоведения, культурологии, психологии.
Выдвинул концепцию типологии европейского художественного-исторического процесса; обосновал специфику и нетождественность понятий «художественно-исторический цикл», «художественная эпоха», «культурная эпоха».
Разработал методологию совмещения диахронического и синхронического подходов к анализу художественно-исторического процесса, объединения фактографического и реконструктивного приемов исследования.
На основе изучения механизмов «самодвижения» духовной и художественной культур выступил с идеей чередования относительно устойчивых и переходных культурных эпох, обосновал алгоритмы культуротворческих и культурозависимых возможностей искусства в европейской истории. Выявил совокупность предпосылок и факторов, воздействующих на изменение статуса художника в истории.
Разработал методологию изучения процессов психической эволюции человека на материале искусства.
Руководитель межинститутского семинара «Теоретические проблемы художественного творчества и языка искусства».

Вернуться в рубрику Психоанализ как духовная практика